Мы в социальных сетях
Официальный интернет-портал правовой информации

postheadericon Окопы с другой стороны. Взгляд врага

Мы сражались в течение пятнадцати дней за один-единственный дом, применяя минометы, гранаты, пулеметы и штыки. Уже на третий день пятьдесят четыре немецких трупа лежали в подвалах, в проходах, на лестницах. Фронт пролегает между выжженными комнатами; фронт - это тонкий потолок между двумя этажами. Помощь приходит из соседних домов через пожарные лестницы и камины. Идет бесконечная борьба от полудня до глубокой ночи. От этажа к этажу, лица черные и в поту, мы бомбардируем друг друга гранатами среди взрывов, облаков пыли и дыма, груд минометов, потока крови, фрагментов мебели и человеческих существ. Спроси любого солдата, что означают полчаса рукопашной схватки в таком бою. И представь Сталинград: восемьдесят дней и ночей рукопашных боев. Улицу больше не измеряют метрами, измеряют трупами.… Сталинград больше не город. Днем - это огромное горящее облако, слепящий дым; это огромная печь, освещенная бликами огня. А когда приходит ночь, одна из этих кровавых ночей, собаки бросаются в Волгу и отчаянно пытаются достичь противоположного берега. Животные бегут из ада; самые твердые камни не могут вынести этого долго; держатся только люди.

Отрывок из письма немецкого лейтенанта, служившего в 14-й танковой дивизии

Летом 1942-го казалось, что военное счастье окончательно закрепилось за странами Оси. На Тихом океане побеждали японцы, стремительно завоевывая гигантские территории. В Северной Африке немецкие части и их итальянские союзники дерзко продвигались к Эль-Аламейну, танкистам Африканского корпуса Э. Роммеля оставалось всего 100 миль до Александрии.
В России летняя компания вермахта начиналась исключительно удачно. Красная армия несла большие потери, отступая все дальше на юго-восток - к Волге. Потрескалась прокаленная солнцем земля, пересохли степные речушки и колодцы; и, словно обезумев от непривычного зноя, словно уже ясно различая впереди свой последний рубеж и стремясь достичь его как можно скорее, мчались по дорогам мотоциклисты с засученными рукавами и мотающимися поперек груди автоматами, в высоких кузовах "бюссингов" тряслись черные от пыли мотопехотинцы, равнодушно поглядывая на пролетающие мимо белые и зеленые станицы; и, пуская на ветер через раскаленные выхлопные трубы остатки моторесурсов, останавливаясь только для заправки горючим, день и ночь шли курсом на юго-восток серые граненые танки.
23 августа в 4 часа пополудни, когда августовский жар стал понемногу спадать, немцы подошли к Волге. Солдаты 16-й танковой дивизии широко раскрыв глаза смотрели на великую реку. Они просто не могли поверить в это чудо. То и дело слышались восклицания: "Подумать только, ведь засветло мы были на берегу Дона и вот уже у Волги. А ведь не прошло и суток!" Тут же защелкали фотоаппараты, каждому солдату хотелось сфотографироваться на живописном берегу. Позднее несколько фото подкололи к рапорту штаба 6-й армии. "Волга достигнута" - гласила надпись на обороте.
Солдаты вермахта при каждой возможности писали домой, гордясь тем, что стоят на восточной окраине германского рейха. Ими овладело предчувствие близкого триумфа, они считали, что война уже выиграна и скоро все закончится. Все действительно закончилось скоро для многих из них - одни погибнут в яростных схватках сентября и октября, других выкосят русские снайперы в ноябре, оставшиеся будут медленно угасать от голода и холода в декабре и январе. Самые живучие и удачливые сдадутся в плен. Самые памятливые напишут книги о том, что им пришлось пережить в России. Самые умные навсегда усвоят преподанный историей урок.
Поражение под Сталинградом сильно повлияло на моральное состояние немецкого народа и армии. Впервые при равенстве сил (и даже превосходстве немцев на некоторых этапах сражения) чистое поражение было нанесено одному за другим лучшим полководцам Третьего рейха, которые не смогли предложить ни одного сколько-нибудь убедительного плана ведения боевых действий в условиях окружения - вплоть до выдающегося стратега Эриха фон Манштейна. После войны он напишет мемуары с красноречивым названием "Утерянные победы"...
Пропагандисты Геббельса преподнесли капитуляцию под Сталиградом как нечто героическое: "Верная своему долгу биться до последнего вздоха, 6-я армия под примерным руководством фельдмаршала Паулюса пала жертвой превосходящих сил противника и неблагоприятных погодных условий… Генералы, офицеры, унтер-офицеры, солдаты плечом к плечу сражались до последнего патрона…"
Писатель-участник Сталинградской битвы Михаил Алексеев в своем документальном романе "Мой Сталинград" по памяти воссоздаёт сцену февраля 1943 года: "А из Сталинграда все эти дни бесконечной вереницей медленно движутся в сторону Бекетовки колонны военнопленных немцев. Солдаты идут, обмотанные тряпьём, на ногах что-то навёрнуто, они идут понуро, жалкие, грязные, перезябшие… На пленных смотрит сталинградская старуха. Ей лет семьдесят. Всё лицо исполосовано морщинами,… время от времени старуха замечает, да так, чтобы её слышали в колонне: "Ну да Бог им судья! Пущай уж живут, коли сдалися. Но што они, сынок, тут творили! Что творили!.. Не приведи господи!.. Вот бы их такими самому Хитлеру показать… нечистая он сила, до какого сраму людей своих довёл!.. А вон, глянь на того, сопливого, штаны поддерживает несчастный… Пуговица, знать, оторвалась. Господи, господи, мать небось есть где-то, ждёт…"
В далеком Мюнхене в те февральские дни юноши и девушки из антинацистской студенческой организации "Белая роза" распространят листовки с призывами к немцам присоединиться к борьбе с нацистским режимом, а ночью на стенах домов напишут: "Гитлер - убийца!", "Свобода!"
Наутро весь Мюнхен говорил об этих надписях.
Их схватят очень быстро, 18 февраля, также быстро приговорят к смерти и казнят.
В 1941 году, говоря о предстоящей войне с Россией, Гитлер пафосно заявил: "Когда начнется "Барбаросса", мир затаит дыхание и потеряет дар речи!"
Операция "Барбаросса", как и предвидел Гитлер, действительно заставила весь мир "затаить дыхание".
После Сталинграда мир задышал свободнее.

Восточный фронт. Кн.III. Сталинград : Крах операции "Блау" ; Военнопленные : Вермахт за колючей проволокой [печатное издание] / П. Карель, Автор; Г. Беддекер, Автор; С. Гуков, Переводчик; С. Липатов, Переводчик. - Эксмо, 2008. - 591 с. - (Война глазами немцев).
Книга объединяет под одной обложкой два произведения известного немецкого автора и исследователя Пауля Кареля: "Сталинград. Крах операции "Блау" и "Военнопленные. Вермахт за колючей проволокой", написанные в содружестве с Гюнтером Беддекером.
В основе этих произведений лежат воспоминания немецких участников событий. Перед читателем предстанут все перипетии смертельной и кровопролитной борьбы, когда бои шли за каждый клочок земли на берегу Волги, за каждый дом в городе, а также судьба немецких солдат и офицеров 6-ой армии, оказавшихся в плену.
Жертвы Сталинграда. Исцеление в Елабуге [печатное издание] / О. Рюле, Автор; В. Артемов, Переводчик. - Вече, 2010. - 381, [1] с ; В пер. - (Вторая мировая. Взгляд врага.).
Мемуары Отто Рюле - это правдивый и интересный рассказ очевидца о разгроме немецко-фашистских захватчиков под Сталинградом и пленении многотысячной армии Паулюса, это откровенная исповедь об исцелении от "коричневой чумы" тысяч немецких военнопленных и обретении ими здравого смысла, человеческого достоинства и родины.
Военврач Отто Рюле был одним из офицеров вермахта, плененных под Сталинградом. Страдание и гибель германских солдат до и после капитуляции настолько потрясли его, что он навсегда исцелился от нацизма и порвал с гитлеровским режимом…
История Второй мировой войны. Крушение [печатное издание] / К. Ф. Типпельскирх, Автор. - Вече, 2011. - 575 с ; В пер. - (Вторая мировая. Взгляд врага.).
27 августа 1942 генерал от инфантерии Курт фон Типпельскирх был назначен советником при командовании 8-й итальянской армии на Дону, с декабря 1942 года он фактически командовал этой армией. Так что его с полным правом можно назвать очевидцем и участником тех событий.
Однако написанный им в начале 50-х обзор военных действий в годы Второй мировой войны - не мемуары, а суховатое и краткое изложение основных событий. "Крушение" - вторая часть работы (первая - "Блицкриг") - охватывает период войны от Сталинграда до крушения Третьего рейха и императорской Японии.
Впрочем, иногда  фон Типпельскирх позволяет себе эмоциональные замечания: "Сталин со злобной радостью следил за наступлением немецких войск на Сталинград и Кавказ. Он расходовал свои резервы очень экономно и только тогда, когда было действительно необходимо помочь обороняющимся в их крайне тяжелом положении. Вновь сформированные, а также отдохнувшие и пополненные дивизии пока не вводились в бой: они предназначались для того, чтобы как карающим мечом Немезиды разрубить слишком растянутый фронт немецких армий и их союзников и одним ударом внести коренной перелом в положение на юге".
Утерянные победы : пер. с нем. [печатное издание] / Э. Манштейн, Автор. - Вече, 2010 . - 620, [2] с. ; В пер. - (Вторая мировая. Взгляд врага.).
Генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн по праву считается лучшим стратегом Третьего Рейха. Он оказался одним из первых представителей вермахта, написавшим подробные мемуары о Второй мировой войне. Даже несмотря на то, что в них он постарался максимально приукрасить свои заслуги и свалить часть собственных ошибок на Гитлера и его приближенных, воспоминания Манштейна до сих пор остаются одним из важнейших источников для изучения истории Второй мировой войны.
Стиль повествования зачастую пафосный и проникновенный: "Читатель поймет меня, если я поведу его не в пекло битвы, не на снежные поля вокруг Сталинграда или в места боев за овраги и жилые кварталы, а в расположение крупного штаба. Его будет окружать не жар боя или мертвящий холод степи, а атмосфера анализа и оценки обстановки, атмосфера ответственности. Он может быть уверен в том, что и в ней бились горячие сердца, которые были с теми, кто сражался за Сталинград".


 
Конкурс Книжный шкаф поколения Next
НЭБ